25 сентября 1867 года скотовод-первопроходец Оливер Лавинг умирает от отравления гангреной в Форт-Самнере, штат Нью-Мексико. За несколько недель до этого Лавинг был пойман в ловушку 500 воинов-команчей вдоль реки Пекос. Получив ранение в руку и бок, Лавинг сумел сбежать и добраться до Форт-Самнера. Хотя сами по себе раны не были смертельными, у Лавинга вскоре развилась гангрена руки — распространенная инфекция в те времена, когда антибиотиков еще не было. Даже тогда его все еще можно было бы спасти, если бы ему удалили руку, но, к сожалению, доктор форта «никогда не ампутировал конечности и не хотел браться за такую работу». Иногда его называли «деканом погонщиков троп», Лавинг храбро бороздил территорию команчей вдоль реки Пекос, чтобы совершить свой второй первопроходческий перегон скота из Техаса в Денвер. В 1860-х годах поголовье скота в Техасе процветало, но пока скот находился в Техасе, он был по сути бесполезен. Чтобы заработать денег, их приходилось перевозить за тысячи миль в большие города, где американцы все больше любили хорошую свежую западную говядину. Чтобы преодолеть эту проблему, некоторые техасцы первыми применили технику, известную как «длинная перегонка», нанимая ковбоев, чтобы перегонять огромные стада крупного рогатого скота по суше в первые города крупного рогатого скота, такие как Уичито и Додж-Сити, где их можно было погрузить на поезда для отправки на Восток. ↵Вместе со своим партнером Чарльзом Гуднайтом Оливер Лавинг попробовал блестящий альтернативный подход. Гуднайт и Лавинг предложили перегонять стадо крупного рогатого скота напрямую в растущие населенные пункты в Нью-Мексико и Колорадо, где они могли бы избежать посредников и получать более высокую цену за голову. Результатом стал маршрут Гуднайт-Лавинг, 700-мильный маршрут через западный Техас и Нью-Мексико, который в конечном итоге привел скот прямо в процветающие горнодобывающие регионы Колорадо. ↵В ходе своего первого долгого и часто опасного перегона в 1866 году Лавинг и Гуднайт потеряли более 400 голов, в основном из-за обезвоживания и утопления. Но 1600 голов скота, переживших путешествие, принесли хорошие цены, и когда Гуднайт отправился обратно в Техас, его мул вез $12 000 золотом. Воодушевленные, двое мужчин готовились следовать тем же маршрутом в следующем году, когда роковая встреча Лавинга с команчами внезапно положила конец их партнерству. Однако Гуднайт и другие продолжали использовать тропу Гуднайта-Лавинга, и вскоре она стала одной из самых успешных троп для скота того времени.